Categories:

Стыдные итоги 26-го года жизни

Ещё перед Новым годом я хотела подвести личные итоги года — ну, знаете, такие, со списком того, что хорошего и интересного произошло. Мне всегда интересно читать чужие списки — правда, я постоянно чувствую себя бледной молью на их фоне. Сформулировать что-то внятное до НГ так и не получилось, но я с лёгким сердцем отложила эту супер-важную задачу до дня рождения. И вот уже 18 февраля прошло, а я по-прежнему сижу без списка, да ещё и в унынии насчёт того, что мне нечего в него писать.

Конечно, у меня не всё так плохо с самооценкой, и я прекрасно понимаю, что сам переезд из Б-ска в Екб уже многого стоит, и то, что я нашла новую работу, новый дом, новых друзей и новые увлечения — это потрясающие пункты, которым наверняка кто-то будет так же завидовать, как я чужим спискам. И это я ещё не говорю про своё развитие как фотографа! Последние годы я могу составлять длинные списки только из своих фотографических гетов.

Но при этом за фигову тучу деталей мне стыдно. И за то, как я увольнялась с работы в Б-ске, и за то, как переоценила свои возможности в Екб, и за то, как тупила над бытовыми вопросами, и за своё поведение с отдельными людьми... Короче, за каждым потенциальным пунктом списка скрывается бездна личных разочарований.

Но сейчас мы живём в такое удивительное время, когда позориться публично — не только приемлемо, но и общественно одобряемо, если делать это под каким-нибудь модным хэштегом. Для моей ситуации, правда, массовых флешмобов пока нет, но что ж теперь, ждать волны признаний неудачников? В конце концов, кажется, некоторые люди восхищаются моей решительностью, поэтому буду её демонстрировать.

Итак, пост первый и сразу главный вопрос вселенной:

Почему, ёлы-палы, Екатеринбург?

Для начала картинка для тех, у кого плохо с географией. Кружочками обвела Брянск, Екатеринбург, а также Москву и Петербург, куда обычно уезжают из Брянска:

Недавно я нашла интересный квиз на знание субъектов Российской Федерации. Перед тобой карта, тебе выдаётся название региона, ткни в него. Я сама проходила его с телефона, и моей главной проблемой было попасть в эти милипиздрические области европейской части страны. Скажем, я прекрасно знаю, где находится Тульская область, но при попытке нажать на неё получается сначала Рязань, потом Липецк. То ли дело Красноярский край и Якутия! Проблема была только в том, что я понятия не имею, что из этих двух огромных пятен размером со всю Европу Красноярский край, а что Якутия. Как истинный житель области на западной границе, масштабы родины я считаю как абориген — раз, два, много, то есть Москва, Нижний Новгород, тайга с медведями.

В 2014-ом году, на который я планировала тур по Украине, но он ненавязчиво превратился в тур по горячим точкам, я решила, что мне крайне интересно, что же там, на востоке (см. карту: почти вся страна). Это был эпик-тур через 8 городов, про который, правда, я написала только один пост — про первые три города, Челябинск, Екатеринбург и Пермь.

Тогда мне тоже было очень стыдно — все люди как люди, ездят путешествовать по Европе и другим занимательным местам, а у меня в сочинении "как я провёл лето" отчёт посещении краеведческого музея в Йошкар-Оле. Но когда я начала аккуратно рассказывать об этом своим френдам, внезапно оказалось, что судьба луговых марийцев (и это не шутка из "Магазинчика Бо", это реально существующая народность) их серьёзно волнует, потому что в условном Париже все были, а вот в Йошкар-Оле — только я.

И вот Екатеринбург мне очень понравился. До этого я была в городах любви — Санкт-Петербурге и Львове — и никаких особых чувств не испытала. Окей, красиво, атмосферно, а дальше-то что? Даже глумилась, к стыду своему, над некоторыми фанатами. А потом приехала в Екб, протусила тут четыре дня, и уехала в растрёпанных чувствах. Потому что Екб — это город, в котором что-то происходит. Я не знаю, как это внятно описать, но ещё в первый приезд у меня было ощущение, что тут в принципе можно просто сесть посреди площади, и через некоторое время вокруг тебя начнут собираться интересные люди.

И хотя после переезда это ощущение не пропало, за свою логику мне, тем не менее, стыдно. Почему Екб? ПОТОМУ ЧТО Я ТАМ ВЕЧЕРОМ ТАНГО ТАНЦЕВАЛА.

Конечно, я честно постаралась рационализировать свои ощущения и тщательно изучила разные рейтинги городов по качеству жизни, по зарплатам и по прочим полезным показателям. Екб любезно торчал в топ-5 почти везде, и я сдалась. Танго так танго!

Впрочем, меня ещё заинтересовал Краснодар, в котором я ещё не была, но своих плюсов там тоже оказалось очень много (включая климат). Но после того, как мне попалось три отзыва подряд от людей, которые переехали в Краснодар из Екатеринбурга, я решила, что этот путь нужно пройти последовательно.

Про институт и моё образование (за которое мне стыдно)

Но вернёмся в начало. В 2014-ом я была от Екб в полном восторге и строила грандиозные планы про то, что вот сейчас я окончу свой последний пятый курс специалитета и рвану на Урал со своей очень полезной и востребованной специальностью "Промышленная электроника". Мои фантазии разбились об диплом и преддипломную практику, когда я начала очень остро понимать, что, на самом деле, я пять лет развивала общую эрудицию, а специальность, пригодную для дальнейшей работы, как-то забыла получить.

К чести кафедры, они усматривают собственную вину в том, что инженер электротехнической специальности вполне может выпуститься без умения паять, и уже на моём пятом курсе программа для бакалавриата начала меняться в сторону увеличения практики.

В общем, несмотря на приличные оценки (средний балл диплома 4,5, без троек) и отличную оценку дипломного проекта, после выпуска я оценивала себя как совершенно бесполезного специалиста, который паникует от вида принципиальных схем.

Ситуацию усугубляло то, что дедушка (доктор технических наук) настаивал на том, чтобы я по-быстрому окончила аспирантуру, и, в общем, был готов всячески помогать с тонкостями бюрократических завихрений этой части образовательного процесса. Это, скажу я вам, очень удобно. Да и, в целом, я была не сильно против этой идеи. Вот только возможная тема кандидатского диссера была для меня сплошным мучением, которое только укрепляло мою неуверенность в себе как специалисте. Я с ужасом понимала, что мало что понимаю. При этом мне было страшно стыдно за то, что я занимаюсь какой-то ерундой, так что я была просто не в силах заставить себя разобраться. 

Полгода прошли в отчаянных попытках всё-таки запинать себя в это ярмо. Я была даже не совсем безнадёжна, но меня добила сама аспирантура. Там повторилось то, что когда-то стало для меня точкой невозврата в первом московском институте: преподаватель высмеял и унизил меня перед всей группой под общее молчаливое одобрение. Я сбежала, обливаясь слезами, и поняла, что больше не хочу туда приходить, никогда, ни за что. Ирония ситуации в том, что преподаватель был по педагогике, а доклад, из-за которого произошла эта ситуация, касался работы со сложными студентами, которые не хотят учиться.

Про работу и уход с неё (за который мне стыдно)

Зимой 2016-го я начала искать работу. На старших курсах я НА ВСЯКИЙ СЛУЧАЙ прошла курсы по веб-программированию. Основы программирования я со средней школы знаю, и на момент курсов писала разной сложности код на пяти языках, но мне нужно было, чтобы меня за мои же деньги запинали проработать типовые задачи с конкретным языком — и вот вообще не пожалела, я сама по себе постоянно бегу впереди паровоза и потом спотыкаюсь на элементарном. По совету мамы, 1С-программиста, я получила два первых сертификата Битрикса. Весной я устроилась на работу в веб-студию и окончательно разорвала все отношения с институтом и электротехникой.

За весь абзац выше мне тоже стыдно, потому что — фу, курсы — фу, Битрикс... Но я стараюсь держать себя в руках.

К весне 2017-го я чувствовала себя в гораздо больше степени специалистом, чем после выпуска из института. Но при этом начала понимать, что у меня накапливается что-то очень мучительное в вопросах рабочих и личных взаимодействий.

Где-то весной, идя домой с работы и рыдая навзрыд из-за ситуации, которая была для меня болезненной и унизительной, а люди, которые меня в неё поставили, даже не извинились, я нагуглила телефон психолога, к которой проходила до конца лета.

В конце весны я съездила на Совёнок-фест. Не то чтобы я большой фанат Бесконечного Лета, — хотя я прошла все руты и считаю эту историю действительно классной, — но я чувствовала, что там будут правильные люди. Те, с кем мне точно есть о чём поговорить. Ещё на этапе чатика отряда я выяснила, что у нас есть чувак из Екб, и решила, что нужно с ним поболтать на тему своих фантазий про переезд. Всё-таки одно дело — увидеть город в рамках туристического очарования, а совсем другое — жить там.

Сумма впечатлений от Совёнка напомнили мне крайне важную мысль: я хочу чувствовать себя живой. Я хочу, чтобы мне было весело, интересно и радостно. А крайне удачно пошедшее общение с тем товарищем из Екб заставило меня вспомнить вот это ощущение от города, в котором что-то происходит. И я поняла: чёрт побери, я хочу и могу уехать. У меня есть деньги, у меня есть специальность, а ещё у меня есть чёртова тысяча проблем в общении с людьми, но какая разница, где их решать?

Тем не менее, я постоянно оставляла тысячу путей для отступления. Я дедлайнила с покупкой билетов на самолёт. Я чувствовала, что во мне есть огромный внутренний пласт эдакой истерики в духе угрозы самоубийством — остановите меня, пожалуйста! Дайте мне повод остаться! Неужели вы меня совсем не любите? 

Сильнее всего это ощущение было на работе, где я чувствовала себя потерянной, забытой и отчаянно одинокой. Уже после Совёнок-феста мне предложили повышение, о котором я мечтала с осени, а я в ответ созналась, что думаю переехать.

Я так и не смогла сформулировать точно, в чём была проблема. Но я принципиально ходила на обед одна, выбирая такое место и время, чтобы ни с кем не пересечься, потому что мне страшно было признать — я ни с кем не подружилась и не сошлась хотя бы настолько, чтобы вместе обедать. На трёх корпоративах мне не досталось ни одного даже символического подарка или похвалы. Из-за хаоса в задачах я чувствовала себя не востребованным специалистом, которому поручают топовые задачи, а бессловесной обслугой, на которую скидывают задачи трёх отделов и даже не спрашивают, могу ли я их решить. 

За неделю до увольнения я рыдала от отчаянья и ставила ультиматум, что если будет не по-моему, я прямо сейчас иду домой и больше не возвращаюсь, потому что уже не знала, как ещё отказаться от задачи, которую я не хочу на себя брать. Да, умом можно понять, что мне доверяли как специалисту и именно поэтому давали сложные задачи, но, чёрт побери, мне это было не очевидно. Я не видела понимания и уважения. Мне было страшно и непонятно. Некоторые задачи я делала за счёт колоссального нервного напряжения, потому что дедлайн завтра, а я не понимаю НИ-ЧЕ-ГО. И я делала их, делала вовремя и оно даже работало — потому что а куда деваться? Сейчас мои френды из той же сферы сразу диагностируют в этом проёбы менеджеров.

Впрочем, я, на самом деле, сама нащупала несколько хвостов в своём депрессивном мраке. Я поговорила с начальством и выяснила наконец, что несколько моих страхов не такие уж страшные. Я поболтала с девчонками и узнала, что некоторые мои переживания они прекрасно понимают. Я ушла с ощущением, что, в принципе, вся эта история в целом была скорее позитивной. Последний день на работе в итоге оказался вполне весёлым.

А осенью мне написала начальница отдела поддержки и рассказала, что по результатам проведённого летом опроса с оцениванием сотрудников по разным критериям у меня второе место по рейтингу из 35 человек.


Продолжение следует — уже про сам переезд, про бытовые и финансовые трудности, про новую работу и новые формы одиночества.

Error

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic

Your reply will be screened